ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Художественно-постановочная часть

Елена Зыкова
Николай Мурманов
Екатерина Серебренникова

Машинно-декорационное отделение

Юрий Исачков
Алексей Маричев
Андрей Ямщиков
Виталий Алексеенко

Художественное освещение сцены

Алексей Лучин
Артур Ратке
Сергей Зайцев
Алексей Субботин
Юрий Родионов
Андрей Шепелев

Отдел звукооформления и звукотехнического оборудования сцен

Лариса Терентьева
Александр Крылов

Отдел сценических эффектов

Гримёрное отделение

Эльмира Кашаева
Евгения Кудикова

Костюмерное отделение

Ольга Лебедева
Дарья Анатольева
Людмила Желтякова

Прачечная

Татьяна Каленова

Реквизиторское отделение

Надежда Соколова

Новая сцена

Евгений Филиппов

Отдел механизации и технического оборудования сцен

Александр Будник
Владимир Закатов
Виктор Лысенко
Николай Гусев
Юрий Провальский
Константин Белоусов

Славны бубны в Верхнем мире

Ирина Алпатова, Культура, 4.10.2007
Стоит лишь назвать режиссера, поставившего в Театре имени А. С. Пушкина спектакль «Бубен верхнего мира» по мотивам рассказов Виктора Пелевина, и человеку, в театре сведущему, многое станет ясно. Потому что это — Марина Брусникина, режиссер, педагог, актриса МХТ имени А. П. Чехова, уже много лет представляющая на разных сценах свои опыты театрализованного прочтения прозы.

Были моменты, когда Марину Брусникину справедливо укоряли в повторяемости приемов. Менялись авторы, соответственно, менялись стилистика и интонация, но принцип подачи материала оставался прежним. На сцену выходила сплоченная команда преимущественно молодых артистов и с открытостью юности знакомила публику с главным героем спектакля, то есть автором. Наверное, самой удачной постановкой стало «Белое на черном» в МХТ. 

А вот новоиспеченный «Бубен верхнего мира», по счастью, показал, что и этот сценический жанр может иметь эволюцию. У Брусникиной на сей раз получился прежде всего спектакль — зрелищный, действенный, ролевой. И лишь малая толика, кажется, совершенно лишних здесь моментов адресовала к прошлым опытам. «Маша сказала», «Маша огляделась по сторонам», — произносит актриса, перед тем как действительно сказать и сделать нечто, предложенное Пелевиным.

Так или иначе, отзываться о прозе самого Пелевина в этих заметках смысла нет. Достаточно того, что Брусникина считает: «Талант его огромен». Режиссер выбрала для своей новой постановки три рассказа: «Синий фонарь», «Бубен верхнего мира» и «Тарзанка» — и в каждом из них постаралась найти нечто разное по интонации, стилистике и манере актерского исполнения. От юмора пионерско-лагерных страшилок до выспренности философских откровений с участием ангелов.

Для создания разнообразного сценического антуража художник Екатерина Кузнецова выбрала всего-то новенькие раскладушки. Но как много всего из них можно нагородить, как оказалось. Остов упавшего самолета, лесные дебри, скамейки в электричке, не говоря уж о том, что на них можно просто спать. Как в сюжете первом под названием «Синий фонарь». Великовозрастные пионеры, одетые в майки с восхитительными советскими лозунгами (костюмы Екатерины Муратовой), отпив молока на ночь и проводив маслеными глазками аппетитную медсестру (Ирина Петрова), начинают травить обычный лагерный фольклор. Попутно предаваясь «неуставным» отношениям, как то: бросание подушек друг в друга или третирование «ботаника» Коли (Игорь Теплов). И каждая история сопровождается то леденящими душу звуками, то появлением «красного пятна», то материализацией знамени-убийцы. Молодые актеры замечательно играют в детей, и осознание чего-то философски-потустороннего дается с юмором и в игровой форме.

«Бубен», второй рассказ, нафантазированная автором ситуация с брачным агентством, которое с помощью шаманки Тыймы (Елизавета Лотова) оживляет погибших на Второй мировой иностранных солдат и выдает за них замуж современных россиянок, сделан Брусникиной на любопытном стыке мистики и быта, с атмосферой 40-х и 90-х. Миролюбиво настроенная шаманка то и дело впадает в экстаз с застывшей улыбкой на лице. Хозяйка агентства Таня (Ирина Петрова) радует глаз узнаваемыми манерами выбившейся в люди челночницы. Оживший майор (Игорь Теплов), как на грех оказавшийся русским, и клиентка Маша (Екатерина Клочкова) — чудная романтическая пара.

А вот в последнем рассказе «Тарзанка» изощренные философские поиски смысла жизни режиссером возводятся в квадрат — хотя бы визуальным рядом спектакля. Актеры, обряженные в легкие белые одежды, стайкой ангелов забираются повыше и оттуда не только внимают происходящему, но и комментируют его. Высокопарность режет слух и травмирует глаз. В довершение всего история неимоверно затягивается, зрители начинают терять путеводную нить мысли и все чаще посматривают на часы.

Что же касается Театра имени Пушкина, то для него, наверное, главная ценность этого спектакля — представление во всей красе молодых актеров, недавно влившихся в труппу. Кроме уже упомянутых, стоит назвать Алексея Рахманова, Владимира Моташнева, Александра Анисимова, Антона Пампушного. С ними мы, правда, не вполне знакомимся, потому что был уже спектакль «Январь», да и в других постановках кое-кто играл. Но это — первая работа на профессиональной сцене, которая в общем-то никого не разочаровала.

Правда, кое от каких студенческих проявлений они пока не могут отказаться, то наигранно реагируя на чей-то смех или аплодисменты, то неосознанно стремясь сбиться в кучку и выступать дружным «гуртом». Хотя это издержки конкретного спектакля. Но все же стоит напомнить, что теперь для них наступило время личностей, период «выпадения из гнезда» и дальнейшего самостоятельного выживания. А ученичество и профессионализм — вещи, по сути, разные.
Пресса
Аргентина далеко, а МХТ рядом, Геннадий Демин, Трибуна, 6.02.2013
Он в Аргентине, а Ленин — в Польше, Григорий Заславский, Независимая газета, 24.12.2012
Сделать из бумаги бревно, Людмила Привизенцева, Театрал, 1.07.2011
Славны бубны в Верхнем мире, Ирина Алпатова, Культура, 4.10.2007