ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Евгений Гришковец в «Осаде»

Светлана Осипова, Московский комсомолец, 22.09.2003
Очки уютно сидели на носу, вихор упрямо торчал на затылке, но Гришковец не обращал на это внимания, потому что был увлечен. Он говорил о готовящемся спектакле «Осада».
 — МХАТ пошел на то, что согласился, чтобы мы работали над спектаклем, для которого не написана пьеса. Не то чтобы я написал ее и не показал — а не существует как таковой.
Это значит, что у будущего спектакля есть только канва, по которой актеры сочиняют текст прямо в процессе репетиций. Есть два актерских состава, и фишка в том, что текст, который сложился у одного состава, абсолютно не такой, как у другого.
 — А как иначе? Люди-то разные, — рассуждает Гришковец. — в каждом составе шесть героев. Есть три воина, Икар, который весь спектакль пытается развестись, юноша и ветеран. Но не такой ветеран, как раньше, который значительно старше меня, а ветеран сегодня может быть и моложе меня.
При всей этой неопределенности у будущего спектакля все-таки есть некоторые конкретные очертания. Во-первых, уже в первый день репетиции были готовы декорации, которые придумала Лариса Ломакина. На вопрос о том, какие они, Евгений отвечает, что они красивые и удивительные.
 — Я хотел, чтобы зрителю было видно, как декорация работает. Например, если движутся облака, значит, кто-то приводит в движение определенный механизм, и люди в зале это видят.
Во-вторых, музыка к спектаклю будет старинная, народная, балканская.
 — Музыканты интерпретируют ее как могут, потому что я просил их не играть этнографически точно, — говорит Гришковец.
В-третьих, он установил временной предел.
 — Спектакль не должен вывалиться за рамки двух часов. Главная проблема в том, что актеров приучили говорить нечеловечески медленно. А в жизни-то мы разговариваем быстро и часто — не раздумывая. Я прошу их меньше изображать, что они думают. Так что текст, который, например, был придуман на 22 минуты, приходилось урезать до 14.
Жанр своего спектакля Гришковец обозначил как «спектакль» — ни больше, ни меньше.
 — Женя нарочно говорит, что это обычный спектакль, — выдает секрет режиссер и драматург Михаил Угаров. — На самом деле он использует в работе одну из интереснейших техник, где прежде всего нет проблемы отчуждения автора от текста.
Это действительно так. Актеры сами формируют свой текст, а значит, они его любят.
 — Вначале каждый работал над своим текстом. Потом они начали обмениваться находками. Это хорошо. По-человечески. Но оказалось, что репетировать больше 3-4 часов невозможно, потому что начинают сгорать предохранители.
Выяснилось, что не все актеры смогли в этом участвовать. Это или получается сразу и с удовольствием, или ни в какую. Получилось у Валерия Трошина, Эдуарда Чекмазова, Павла Ващилина, Олега Соловьева, Игоря Золотовицкого, Виталия Хаева, Максима Какосова и у самого Гришковца, который выйдет на сцену скорее всего 8 октября.
Пресса
Троянский конь и другие, Алиса Никольская, Театральная касса, 12.2003
Гришковец привел во МХАТ и Бубнилу, и чудил, Игорь Вирабов, Комсомольская правда, 21.10.2003
Взятие МХАТа, Екатерина Васенина, Новая газета, 16.10.2003
Гришковец осадил МХАТ, Нина Агишева, Московские новости, 14.10.2003
Байки из МХАТа, Итоги, 14.10.2003
Искренность важнее профессии, Григорий Заславский, Независимая газета, 14.10.2003
Бойтесь ахейцев, дары приносящих, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 14.10.2003
Что тот солдат, что этот, Елена Ямпольская, Русский курьер, 10.10.2003
Утомленный Икар, Алена Карась, Российская газета, 8.10.2003
Мы еще повоюем, Александр Соколянский, Время новостей, 8.10.2003
Мифология в песочнице, Роман Должанский, Коммерсант, 8.10.2003
Наивная «Осада», Майа Одина, Новые известия, 8.10.2003
Кому нужен Троянский конь?, Светлана Осипова, Московский комсомолец, 8.10.2003
Евгений Гришковец перестал быть идиотом, Глеб Ситковский, Столичная, 8.10.2003
Музей имени себя, Екатерина Васенина, Новая газета, 10.2003
Евгений Гришковец в «Осаде», Светлана Осипова, Московский комсомолец, 22.09.2003