Художники

Художники по костюмам

Художники по свету

Видео

Заглянуть на дно обрыва

Любовь Лебедина, Трибуна, 28.04.2010
Пожалуй, сегодня трудно найти более старомодного автора, чем Иван Александрович Гончаров. Его-то и в школе проходят по обязанности, навсегда запоминая добродушного Обломова, утопившего свой талант в лени и таким образом превратившегося в имя нарицательное. Осколки детской памяти проецируются на взрослую жизнь, и вот уже кажется, что ничего нового о героях Гончарова сказать нельзя, разве только с высоты технического прогресса посочувствовать их однообразной жизни, где все разговоры крутятся вокруг пирогов, сенокосов, охоты, приданого.

Тем не менее один из самых современных режиссеров Адольф Шапиро инсценирует роман Гончарова «Обрыв» и ставит ультрасовременный спектакль на сцене Чеховского МХТ. Почему? Что за потребность такая, неужели мало современных пьес? Пьес-то полным-полно, а вот такого художественного языка, как у Гончарова, нет, и потом это так увлекательно — перекинуть духовный мостик из XIХ века в ХХI. Ведь какие бы ни велись разговоры — в их основе всегда лежит понятие счастья, ну и, конечно, любви, верности, дружбы. Люди могут ошибаться, блуждать в потемках, каяться и грешить, но в конце концов приходят к Богу. Все это есть в романе Гончарова, где под «Обрывом» подразумевается пропасть, куда падает человек, обуреваемый страстью, обрывая все нити с разумными доводами и неподкупной логикой. Ну а теперь скажите, разве это не современная тема? Только тут нет пошлости и наглядной агитации в вопросах секса, уличного сленга и модного «вербатим», когда не поймешь, то ли ты в театре сидишь, то ли реалити-шоу наблюдаешь в заплеванном кабаре.

Будучи культурным режиссером, коих остается все меньше и меньше, Адольф Шапиро подобрал для своего спектакля удивительную актерскую команду, в которой первым номером идут Ольга Яковлева и Станислав Любшин. Увы, время бежит так быстро, что даже не верится, будто эфросовская Джульетта уже играет бабушку, а герой «Пяти вечеров» Станислав Любшин — грустного соседа Тита Нилыча, постоянно вздыхающего о своем здоровье… Эта пара являет образец не только истинной дружбы между мужчиной и женщиной, но и нечто большего. В течение всего спектакля вы пытаетесь разгадать, почему они порознь, почему властная бабушка так снисходительна к своему элегантному поклоннику, а он целые дни проводит с ее внучкой Марфенькой (Надежда Жарычева). Но тайны сердца имеют свой код, они часто зашифрованы, чтобы не вспугнуть молодых, у которых все впереди: и разочарования, и половодья чувств, и ошибки. Каждый должен пройти свой путь, как молодой помещик Райский, приехавший в имение писать роман, но так и не закончивший его, так как безответное чувство к Вере натыкается на что-то страшное, звериное, несопоставимое с ликом милой девушки. Оказывается, будущая эмансипе в исполнении Натальи Кудряшовой влюблена в лохматого нигилиста Волохова, отвергающего все и вся ради свободы. В обнаглевшем герое Артема Быстрова есть что-то от русского хиппи, оставляющего после себя выжженную пустыню. И тут впервые начинаешь задумываться: неужели любовь обязательно предполагает долг, ответственность?..

Для писателя ХIХ века это так же естественно, как сохранение девичьей чести до свадьбы. Иначе бы он позволил Вере убежать вместе с Волоховым. И все же Гончаров дает Вере упасть на дно обрыва, то есть удовлетворяет ее страсть к сильному самцу, но не дает ей покоя и не отдает Райскому, как тот ни изводит себя приступами ревности. Значит, автор наказывает героиню, а может, наоборот, ставит ее на ту высоту, до которой ни одному мужчине не дотянуться? Адольф Шапиро выбирает второе. И не только потому, что в ее окружении нет достойных мужчин, включая столичного франта Райского в изломанной пластике Анатолия Белого, но Вера выбрала путь самостоятельной женщины, решающей все за себя, а это тяжкий крест, который способны нести только сильные натуры. К тому же она прямое продолжение своей бабушки, не желающей идти на компромиссы, и потому несчастной в любви. Тит Нилыч — это всего лишь запоздалый подарок судьбы, и в ее зрелом возрасте смешить народ замужеством не собирается.

Вообще-то, у каждой семьи своя история, и здесь единых рецептов для ее сохранения нет. В представлении замечательного художника Сергея Бархина дом — это бесконечная череда ступенек, уходящих куда-то вверх, к яркому солнцу, сказочной луне, туда, где живет инфернальное счастье. Но это долгий путь, в то время как обрыв рядом, за фасадом дома. Он притягивает своей колдовской силой, манит обещаниями сладостных утех, да и идти вниз намного проще, чем подниматься вверх… В данном случае художественный образ выражает режиссерскую концепцию, связанную с этикой нашего общества: обрыв начинается там, где рвутся человеческие связи, основанные на добре, взаимопонимании и вере.