Артисты труппы

Артисты, занятые в спектаклях МХТ

8 вопросов для Ростислава Лаврентьева

Пресс-служба МХТ, 18.02.2016
- Вы вышли из Школы-студии МХАТ, долго скитались по разным театрам и снова вернулись в МХТ. Почему вы вернулись? И как это расставание пережили?

 — В 2002 году я окончил курс Олега Павловича Табакова и Михаила Андреевича Лобанова. Это был набор для рижского Театра русской драмы. Олег Павлович набирал в Риге группу студентов из двенадцати человек, которые после четырёх лет обучения в Москве были обязаны вернуться в Ригу и отработать там три года. Мы вернулись, и я даже там задержался. Театра академического мне показалось мало. Вдруг появилось много свободного времени. Заниматься совсем ненужными вещами не хотелось. Приятель сказал, что в Риге есть группа молодых ребят и помещение на чердаке – все очень хотят заниматься «лихим актерством». Там студенчество немного продолжилось. На одном из концертов познакомились с Михаилом Задорновым, мы пригласили его к нам, показали спектакль по Довлатову. Ему спектакль понравился, он нас соединил с ректором Ярославского института, и в результате мы организовали в Риге филиал. Я стал преподавать, а у ребята появилась возможность получить дипломы. Мастером курса стал Семен Михайлович Лосев – ученик Товстоногова. Учеба стала перерастать в профессиональный театр. Тут-то я и понял, что заигрался во все это. Олег Павлович никогда не выпускал меня из виду. Был случай, когда он приезжал в Ригу с гастролями. И я уговорил его прийти к нам на спектакль. Олег Павлович поднялся пешком на шестой этаж неотапливаемого помещения, посмотрел спектакль, обошёл сцену, гримерки, поговорил с ребятами…

- Есть еще что-то, что до сих пор связывает вас с Латвией?

 — Тоскую по родственникам. Почти все родные там. И с каждым годом, увы, их становится все меньше и меньше. Жизнь такая, что если ты полгода человека не видел, можешь считать, что ты его не знаешь. Это нам только так кажется, что когда уезжаешь откуда-то, там жизнь останавливается. А ведь у людей много всего в это время происходит. Люди постоянно меняются. Хотя есть и такие друзья, к которым я всегда могу заскочить, хотя бы и на несколько часов, чтобы парой слов перекинуться.

- Рига – город особенный. Что она оставила в вас?

 — Рига всегда, даже в советское время, была «заграницей». Люди до сих пор восхищаются, что у нас в 1970-80е уже джинсы были. Какое-то осталось легкое ощущение внутреннего порядка. Но и неторопливость рижской жизни накладывает отпечатки. Сейчас, приезжая, очень чувствую, как в Латвии все неспешно. Это Москва – город одного дела, два запланировать можно, а вот выполнить вряд ли получится.

- Какие советы педагогов сформировали вас, остались вашим заветом? Школа-студия ведь учит строгой дисциплине.

 — Главное, чему научился у мастеров, — это работа с партнером. Важно всегда находиться в абсолютно живом состоянии на сцене. И это, конечно, не всегда получается: постоянно видеть малейшие изменения своего партнера по сцене и тут же на них реагировать, а не работать машинально, схематично. Даже монолог – это ведь всегда диалог с кем-то. Секунды абсолютной внутренней тишины, секунды покоя редко случаются. Олег Павлович нам еще на втором туре при поступлении сказал: «Ребята, если вы в эту профессию идете за деньгами, идите сразу в другую. Здесь вы не заработаете, а пахать будете с утра до ночи».

- Какое событие в жизни вас подтолкнуло к профессии?

 — Вся жизнь так складывалась, с самого детства. Я жил в Риге, а каждое лето в Белоруссии – там родные бабушки с дедушкой жили. Какой-то был у нас дальний родственник, который ругал свою жену за то, что она «куру мочила». Что это значит, не знаю, как она ее мочила — непонятно, но все это он сопровождал густым матом. И вот я, бегая по двору, в точности воспроизводил всю эту тираду со всеми соответствующими словами. И вся семья со смеху лежала: «Вот, артист будет!» Дедушка покойный очень многому меня в жизни научил, самые сильные воспоминания с ним связаны. В два года я уже наизусть на всех утренниках читал: «Погиб поэт, невольник чести, пал, оклеветанный молвой». Черные шортики, белые гольфики, чешки, седьмое ноября, сзади Ленин, и я читаю: «Я на вишенке сижу, не могу накушаться, дядя Ленин говорит:"Надо маму слушаться!» Позже в Риге я учился в Пушкинском лицее. В то время это было одно из самых элитарных заведений. Мой классный руководитель Галина Борисовна – интеллигентнейшая питерская женщина – она собрала вокруг себя университетских профессоров. Я учился на историко-философском отделении, мощная была школа, перед выпускными экзаменами все время проводил в Латвийской национальной библиотеке, конспекты писал. После этого вступительный по истории в Школе-студии сдал вообще без проблем. Меня даже спросили, не перепутал ли я ВУЗ. Но, честно говоря, не вижу себя в другой профессии, вот если серьезно об этом сейчас задуматься. Без сцены, без общения со зрителем, без возможности выразить со сцены свою боль, без возможности сказать о том, что тебя сейчас действительно тревожит, я не смогу.

- Что самое сложное для молодого артиста?

 — Учиться ждать и не опускать руки. Бывают такие периоды, когда ролей нет. Этот момент — тяжелый и страшный. Ломаются не только молодые. У молодых еще есть шанс, есть энергия куда-то двинуться, даже сменить профессию. Научиться ждать – самое важное для любого артиста. Важно понять, что даже если ты не нужен сейчас, это еще не значит, что на тебе крест стоит. Нужно продолжать работать.

- С какими необычными зрительскими реакциями приходилось сталкиваться?

 — Самые странные спектакли – целевые. Однажды мы играли спектакль «19.14» на полный зал эндокринологов. Две барышни на этот спектакль с винцом зашли. Ну, а чего, спектакль — кабаре же, нормально! Иногда на спектакли попадают люди, которые пришли в театр случайно, не понимая, какой именно жанр и какого режиссера сейчас смотрят. Они пришли «отдохнуть», а там спектакль Марата Гацалова «Сказка о том, чего мы можем…», их сажают в отдельную комнату, закрывают. Этот спектакль все-таки для определенной публики, не каждый способен это воспринять. Хорошо бы заранее узнавать, на что вы идете. Вот и бывает, что прямо во время действия люди уходят обозленные с криками: «Это позор». Люди-то прочли в названии слово «Сказка», вот и случается когнитивный диссонанс. Такой открытый контакт со зрителями иногда пугает.

- Что вас раздражает?

 — Безответственность. Каждое утро, идя к метро у себя в Бутово, вижу парк. Так здорово все сделали, красота. Урны через каждые два метра, а вокруг них все равно все забросано окурками. Останавливаюсь, докуриваю сигарету и думаю: вот что должно быть в мозгу человека, чтобы стоя у урны, кинуть окурок мимо? Булгаков – гениальный человек – не просто так вложил в уста профессора Преображенского фразу, что «разруха она не в сортирах, а в головах». Это на века. Когда люди живут по принципу «После нас хоть потоп», меня это поражает. В государстве ничего не будет получаться, пока каждый человек не станет нести собственную ответственность за свои деяния. Мы же не только личности, но еще и социум. Если каждый в спектакле будет личностью, спектакля не будет. Но все станут личностями, когда объединятся друг с другом, в результате этого и вырастают роли. Мы так и существуем в спектакле «19.14», там — один за всех и все за одного.
Пресса
Константин Хабенский сыграл барона Мюнхгаузена, Ирина Корнеева, Российская газета, 26.10.2021
Неужели, это только «Враки», Карл?, Ксения Позднякова, Scope (Яндекс Дзен), 19.10.2021
«Пред великою да сказочной страною», Ольга Егошина, Театрал, 22.12.2019
Бунтари: Мама, это рок-н-ролл, Екатерина Балуева, Субкультура, 19.02.2016
Невеселые песни кабаре «19.14», Елена Вилле, Мир 24, 3.03.2015
«19.14». И смех, и слезы, и война, Ирина Алпатова, Театральная афиша, 1.12.2014
«Сказка о том, что мы можем, а чего нет» на фестивале «Александринский», видеосюжет телеканала «Санкт-Петербург», 27.10.2014
Вечная мировая, Ирина Алпатова, Театрал, 20.10.2014
Режиссер-дебютант превратил МХТ в кабаре, видеосюжет телеканала «Мир 24», 6.10.2014
«Война ж совсем не фейерверк…», Столичный информационный портал, 4.10.2014
Финская пьеса в Художественном театре, Елизавета Авдошина, театральный портал «Чеховед», 13.04.2014
МХАТ имени Чехова поставит две сказки для взрослых, видеосюжет телеканала «Россия 24» («Вести»), 22.09.2013
В МХТ «сварили» «Новые страдания юного В. », Эмилия Деменцова, Комсомольская правда, 20.12.2012
Страшная история, Ксения Ларина, The New Times, 5.03.2012
Провинциальный анекдот, Наталия Колесова, Планета Красота, № 1-2, 29.02.2012
Как сделать народ счастливым принудительно?, Эмилия Деменцова, Комсомольская правда, 14.02.2012