«Пеле очень хорошо пел»: Вадим Верник рассказал о встречах с легендами, гастролях МХТ и любви к «МК»
Наталья Ефимова, Московский комсомолец. Санкт-Петербург,
В театр — как на праздник
— Что привез МХТ в Петербург?
— Новинки последних двух сезонов. «Кабала святош» — пожалуй, самая громкая московская премьера сезона с Константином Хабенским и Николаем Цискаридзе в главных ролях. Это невероятно популярный спектакль, на который очень трудно попасть в столице: билеты раскупаются практически сразу, как только поступают в кассу. Достойная постановка молодого режиссера Юрия Квятковского, необычное решение: театральные элементы сочетаются с вокальной историей и цирковыми моментами. Очень красивая история.
Также в программе гастролей «Жил. Был. Дом» — проект Константина Хабенского и Александра Цыпкина. Драма здесь сочетается с лирикой, комическое с драматическим.
Художественный театр привез «Восемь разгневанных женщин» Аллы Сигаловой — роскошный по оформлению, декорациям и зрелищности спектакль, в котором, кроме самой Аллы Сигаловой, заняты великолепные актрисы: Дарья Мороз, Александра Ребенок, Софья Эрнст, Аня Чиповская и другие.
Будет представлен спектакль по знаменитой пьесе Александра Вампилова «Старший сын», поставленный петербургским режиссером Андреем Калининым. Неожиданная трактовка роли Сарафанова в исполнении Александра Семчева. Это камерный спектакль, он будет показан на Новой сцене Александринского театра.
На этой же сцене зрители увидят постановку Андрея Гончарова «Осень» по мотивам произведения Августа Стриндберга с замечательным актерским дуэтом — Артем Быстров и Ольга Литвинова.
— Большинство актеров МХТ снимаются в кино. Руководству театра приходится бороться со звездной болезнью у сотрудников?
— Про звездную болезнь ничего сказать не могу: я ее ни разу ни у кого не замечал.
— Вадим, вы поддержали идею дресс-кода для театралов, высказанную Николаем Цискаридзе. Как, на ваш взгляд, стоит одеваться зрителям?
— Ну, это необязательно должны быть смокинг, бабочка или вечернее платье. Главное — выглядеть опрятно. Все-таки поход в театр для многих событие не рядовое. Это не то же самое, что зайти в продуктовый магазин. Да, это могут быть кроссовки, джинсы и футболки, но они должны быть стильными и сочетаться. Наряд должен быть продуманным, а не случайным.
Королева в тапочках
— Вы автор серии книг о выдающихся личностях. Со всеми героями вы общались лично. А по какому принципу выбираете, о ком написать книгу?
— Это книги воспоминаний, которые издает «АСТ» в серии о легендах XX века. Первая моя книга была посвящена легендарной балерине Майе Михайловне Плисецкой. Вторая — Галине Вишневской и Мстиславу Ростроповичу. Третья — Пеле. Я рассказываю только о тех людях, с кем общался лично и о ком снимал документальные фильмы. Я делюсь прежде всего личными наблюдениями за тем, что было в кадре и за кадром, своими субъективными впечатлениями о героях. В этих книгах показано то, чего зритель обычно не видит. И в этом есть какая-то особая энергия: мой взгляд на этих людей во многом не совпадает с общепринятым.
— Можете чуть подробнее рассказать про эти книги и их создание?
— Однажды режиссер монтажа Дмитрий Воробьев, с которым мы сейчас делаем программу «2 Верник 2» на телеканале «Культура», прислал мне чудом сохранившиеся кассеты — исходники моего фильма про Майю Плисецкую. Их просмотр вдохновил меня на написание книги: я очень хорошо помню те пять дней, которые провел с Майей Михайловной почти 30 лет назад. Это было незабываемое время. И я решил сделать книгу. Она имела очень большой резонанс и уже дважды переиздавалась. Мне захотелось продолжить и создать серию.
Вторую книгу я написал про Галину Павловну Вишневскую и Мстислава Леопольдовича Ростроповича. Она называется «Концерт для голоса и виолончели». Это воспоминание о фильме, который я снимал у них дома в Париже. Галина Павловна была для меня прежде всего королевой… в тапочках. Домашняя энергия дала иное, необычное восприятие героини. Снимали Вишневскую и на репетиции оперы «Галина» в Лионской опере по одноименной автобиографической книге. Мало кто знает об этой опере.
В третьей книге я рассказываю не только о футбольных успехах легендарного Пеле, я говорю о нем и как о музыканте. Когда я снимал фильм о Пеле, он по моей просьбе исполнил несколько песен в жанре бразильской самбы. У него был красивый мягкий баритональный голос. Книгу я назвал «Пеле. Бразильская самба», у нее был подзаголовок — «Неспортивные заметки». Я далек от спорта, поэтому рассказывал не о спортсмене, а прежде всего о человеке, личности. В книге присутствуют и другие легендарные спортсмены: Александр Овечкин, Халк, Никита Симонян.
— Кстати, о футболе. Прочли историю, что однажды вы присоединились к футбольной команде брата и забили гол в свои ворота, после чего выгнали вас обоих. Это правда?
— Нет. Мы тогда учились в третьем классе школы № 353 имени Александра Сергеевича Пушкина — она была построена на месте дома, в котором, предположительно, родился поэт. Я тогда увлекался тем, что делал альбомы про театр, собирал программки, фотографии актеров, рецензии, статьи. А брат любил играть в футбол. Как-то раз он меня позвал на поле. И я забил в свои ворота. Меня с позором выгнали со школьного стадиона, а брата, конечно, нет. Игорь потом стал инициатором того, чтобы я больше к этой игре не приближался. И по иронии судьбы именно я написал книгу про Пеле.
— Ваш брат ее читал?
— Да, и хорошие слова сказал. Для меня это было важно.
«Никогда не назову себя писателем»
— У вас не возникало желания попробовать себя в художественной литературе?
— Это не мой жанр. Я журналист и никогда не назову себя писателем. Мои книги документальные.
— Знаю, что вы пробовали себя в актерском ремесле, писали сценарии, но все же отдали предпочтение и силы журналистской деятельности. Чем она вас привлекает?
— Не могу назвать себя актером. Я снимался в небольшом эпизоде в громком сериале Константина Богомолова «Содержанки». Со сцены с моим участием начинается история — это, по сути, первый кадр. Еще были съемки в сериале «Балет», где я играл самого себя: журналиста Вадима Верника, который берет интервью у главного героя. Мне было приятно, что меня пригласили в такой интересный проект. Но все же я никогда не хотел быть актером. Это профессия моего брата, а я — журналист, как и мечтал. С детства хотел только одного — поступить в ГИТИС на театроведческий факультет, других планов у меня не было.
А прав ли Шаламе?
— Относительно недавно много шума наделало высказывание 30-летнего голливудского актера Тимоти Шаламе о ненужности балета и оперы. В России молодежь ценит эти жанры?
— И на балетах, и на операх полно молодежи. Тимоти Шаламе — большой актер, я в восторге от фильма «Марти великолепный», но думаю, что в данном случае имела место либо ироничная провокация с его стороны, либо незнание предмета. А если не знает, то зачем про это говорит? Не могу сказать за весь мир, но в России на сценах блистают и легендарные, и молодые артисты: Светлана Захарова, Рената Шакирова, Елизавета Кокорева — это балерины очень высокого класса. И в оперном искусстве есть выдающиеся исполнители, представляющие новое поколение артистов. И они очень востребованы.
«У меня особое отношение к “МК”»
— Одна из ваших первых рецензий, опубликованных в СМИ, вышла на страницах «Московского комсомольца». После ухода из редакции читаете наше издание?
— Это была не одна из первых, а самая первая моя публикация. Я тогда еще в институте учился. А потом путь в профессию мне открыла Наталья Александровна Дардыкина, которая руководила отделом литературы и искусства (Наталья Дардыкина — заслуженный работник культуры РСФСР, заслуженный журналист РФ. — Прим. ред.). Окончив институт, я позвонил ей в редакцию «МК» и сказал: «Здравствуйте, нет ли у вас для меня какого-нибудь задания? Я бы хотел писать». И она мне ответила: «Есть, и очень интересное. Мы собираемся делать дискуссию о молодых актерах. Хотите взять большое интервью у Марка Захарова, которое будет предварять эту дискуссию?» Представляете мой шок! Интервью я сделал, и, видимо, успешно, потому что после этого я получил в «Московском комсомольце» «зеленый свет». Через какое-то время я спросил у Натальи Александровны: «А почему вы мне дали то задание? Я ж к вам с улицы просто пришел, позвонил, вернее». А она мне ответила: «А мне голос твой понравился». Так что на тот момент мне помогли не профессиональные навыки, а голос. Я, конечно, и сейчас читаю «Московский комсомолец». И очень рад, что издание продолжает быть одним из главных в нашем пространстве СМИ. У меня особое отношение к «МК». Я очень дорожу тем, что три года постоянно писал для «МК». Я был внештатным корреспондентом, но редакционный пропуск получил. И очень гордо его демонстрировал там, где это было необходимо. Для меня он был символом статуса.