ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — СЕРГЕЙ ЖЕНОВАЧ
Чайка
МХТ

Артисты труппы

Стажёрская группа

Артисты, занятые в спектаклях МХТ

Я люблю Москву

Олег Зинцов, Ведомости, 11.05.2007
«Рассказ о счастливой Москве» в Театре п/р Олега Табакова устроен ладно, разумно и скромно. Неоконченный роман Андрея Платонова назван рассказом, действие целиком помещено в гардероб — ряды шинелей сполна представляют строителей коммунизма. Это не уменьшение, а скорее экономия масштаба — режиссер Миндаугас Карбаускис трезво посчитал, что платоновский простор необъятен и лучше не размахиваться, а терпеливо поискать здесь свой личный сюжет, как закатившийся под вешалку номерок.

Поэтому платоновского в спектакле не так уж много: не считая невозможного авторского языка, пожалуй, только Ирина Пегова, на месте которой в роли комсомолки Москвы Ивановны Честновой представить больше попросту некого. Хоть у Москвы и «большое тело», как постоянно напоминает текст, а Пегова роста скромного, ей довольно повести плечами и удивленно взглянуть на собственную грудь, чтобы сразу стало понятно: воплощать на сцене феерическую телесность платоновской прозы этой актрисе сам бог велел.

А режиссеру осталось всего ничего — придумать сценку, в которой Москва, мечтая об участии в работе всех мировых механизмов, выдергивает из розетки штепсель, сжимает его в руках и вода в стакане с остывшим было кипятильником начинает булькать сильнее прежнего. Конечно, глаза у Москвы при этом светятся так, что можно лампочки выключать. Конечно, не любить, не вожделеть эту Москву невозможно.

Все Москву и любят: тихий служащий Божко (Алексей Усольцев), выдающийся механик Сарториус (Александр Яценко), хирург Самбикин (Дмитрий Куличков), ищущий в мертвых телах вещество души.

Смешно вспомнить: несколько лет назад Ирина Пегова сокрушалась, что куда ей с такой пышной фактурой играть героинь, только характерные роли. А вышло так, что она-то и оказалась идеальным магнитом, стягивающим мужские взгляды. Разве что первым это показал не театр, а кино — когда Алексей Учитель позвал Пегову в свою «Прогулку». Но, кстати, еще в ГИТИСе она играла платоновскую Фро, так что повторим — Москва Ирине Пеговой совсем как родная.

В романе «Счастливая Москва» образы женщины и города сплетены самим языком: «Москва лежала навзничь; небо над нею было сначала водяным, потом стало синим и каменным, затем превратилось в золотистое и мерцающее, как будто прорастающее цветами» — это, например, о какой Москве?

В театре эта двойственность пропадает, Москвы-города у Карбаускиса нет вовсе. А значит, уходит далеко на задний план мифологическое измерение романа, поэтому нет нужды задерживаться на знаковых фактах биографии героини — завоевании неба (парашютная школа) и освоении недр (строительство метро): и то и другое упоминается едва ли не вскользь.

А вот работа Москвы в военкомате важна — здесь она знакомится с «вневойсковиком» Комягиным (Александр Воробьев), хтоническим пенсионером, сумевшим уклониться от всякой деятельности и почти вросшим в пыльное небытие. В финале Москва, потерявшая ногу на метрострое, находит у него приют, лежит, закутавшись в гору шинелей, как Баба Яга на печи, и грозится прибить сожителя протезом. «Любовь не может быть коммунизмом», — говорила она в начале и уходила от всех своих мужчин. Чтобы прийти в итоге к тому, который во сне неотличим от мертвого.

«Рассказ о счастливой Москве» — очень легкий спектакль, но, кажется, самый мрачный у Карбаускиса. Ему долго пеняли на завороженность темой смерти, а он ставил все больше о том, что, может статься, смерти никакой и нет. В его предыдущей работе — «Рассказе о семи повешенных», явной рифме к «Счастливой Москве», это сообщалось самым недвусмысленным образом. В инсценировке Платонова режиссер не то чтобы пересматривает свой любимый сюжет, но поворачивает его: та же вешалка, только другим боком.

Персонажи «Рассказа о семи повешенных» тоже оставляли в прихожей свои пальто перед тем, как уйти в жизнь вечную. Но их было семеро, а в гардеробе «Москвы» одинаковых шинелей не счесть, и различие между двумя вешалками, построенными художником Марией Митрофановой, именно в этом: первая имела отношение к христианскому, индивидуальному понятию бессмертия, вторая — к коммунистическому, коллективному. В самом конце все участники спектакля снуют с шинелями туда-обратно и стучат по стойке номерками. На виде гардероба эта лихорадочная активность никак не сказывается — все те же серые ряды, незаменимых у нас нет, один умер, другой родится.

Но это, конечно, уже что-то вроде ускоренной перемотки, потому что все главное кончилось: растворилась где-то Москва, женщина-мечта, добровольно увяз в грустном быте не умеющий забыть ее Сарториус. Прихожая, гардероб, чистилище, межеумочное пространство душевной маеты, в котором происходит действие спектаклей Миндаугаса Карбаускиса, зажило своей обычной жизнью после короткого чуда утопии. В котором расцветали алые пролетарские гвоздики, всеобщее счастье ни в какую не разменивалось на личное и можно было — послушайте! — любить Москву.
Пресса
Три плюс три сестры, Ольга Фукс, Международный институт театра, 19.07.2018
Шестью сестрами больше, Марина Шимадина, Театр, 17.06.2018
Легкое сдыхание, Алла Шендерова, Коммерсантъ, 14.06.2018
Хорошо посидели, Елена Покорская, Российская газета, 5.06.2018
Научились не орать. А счастья нет, Елена Дьякова, Новая газета, 3.06.2018
Рассказ о счастливой Москве, Жанна Филатова, Театральная афиша, 11.2007
Небо в алмазах, Катерина Антонова, Театральные Новые Известия, 8.06.2007
Рассказ о счастливой Москве, Евгения Александрова, Weekend.ru, 3.06.2007
«Красная Москва» — город-герой. Посмертно, Елена Дьякова, Новая газета, 28.05.2007
Счастье помогло, Марина Давыдова, Известия, 18.05.2007
Платоновская проза, Елена Ковальская, АФИША, 15.05.2007
Я люблю Москву, Олег Зинцов, Ведомости, 11.05.2007
Вспоминайте нас, Итоги, 7.05.2007
Рассказ о счастливой Москве, Лилия Валеева, «Новости культуры» (ТК «Культура»), 3.05.2007
Девушка-электричество, Дина Годер, Газета.ru, 2.05.2007
Попытка счастья, Александра Машукова, Ведомости. Пятница, 27.04.2007
Попытка счастья, Александра Машукова, Ведомости, 27.04.2007
Наш ответ оптимистам, Александр Соколянский, Время новостей, 30.03.2007
ДМИТРИЙ КУЛИЧКОВ. Необычайные репетиции артистов в Японии, Марина Квасницкая, Театральная афиша, 12.2006
Душа просит сказки, Марина Квасницкая, Россiя, 30.11.2006
Масляков был зрителем, а Табаков — покровителем, Наталия Каминская, Культура, 30.03.2006
Русь уходящая, Григорий Заславский, Независимая газета, 24.01.2006
Место смерти изменить нельзя, Марина Райкина, Московский Комсомолец, 24.01.2006
Ледяной дом, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 21.01.2006
Рисковал, но выиграл, Алексей Филиппов, Московские новости, 20.01.2006
Любовь в кубе, Глеб Ситковский, Газета, 19.01.2006
Жена дезертира, Ольга Егошина, Новые Известия, 19.01.2006
Вешал бы кто?!, Алиса Никольская, Театральная касса, 1.01.2006
Плюшкин с харизмой, Елена Губайдуллина, Планета Красота, 6.2006
Жажда жизни, Светлана Тарасова, Досуг & развлечения, 22.12.2005
Закончится вешалкой, Глеб Ситковский, Газета, 29.11.2005
Смерть как весело, Роман Должанский, Коммерсант, 29.11.2005
Минуты настоящего, Ольга Егошина, Новые Известия, 28.11.2005
Уйти и не вернуться, Артем Солнышкин, Досуг & развлечения, 17.11.2005
На пределе и за ним, Григорий Заславский, Независимая газета, 16.09.2004
Оптимистическая трагедия, Полина Богданова, Новые известия, 29.10.2003