Артисты труппы

Артисты, занятые в спектаклях МХТ

Подлецов насквозь я вижу — зарубите на носу!

Вадим Рутковский, CoolConnections, 24.03.2022
«Сирано де Бержерак» – героическая комедия Эдмона Ростана, поставленная Егором Перегудовым в МХТ имени А. П. Чехова с равным вниманием и к комедии, и к героике. За без малого три часа спектакль совершает несколько лихих кульбитов: начинается как мюзикл на грани с капустником, завершается как реквием опальным поэтам. Юрий Чурсин в заглавной роли, Кузьма Котрелёв – товарищ и соперник Сирано Кристиан, Паулина Андреева – пленившая мужские сердца красавица Роксана.

Вначале все поют; лад более, чем легкомысленный; весёлый конферансье в стихах объявляет об устранении режиссёром нескольких второплановых персонажей, обещая, что «но билеты от этого дешевле не стали, так что все роли мы представим вам гитарами и виолончелЯми». Дух студенческого капустника витает и в кратком изложении интриги, связанной с влечением графа де Гиша (Игорь Золотовицкий) – королевского должностного лица и супруга племянницы кардинала – к юной деве: «немало лет, но потянуло на актрис, на молодых и светских львиц». Аттестуя героиню, к строчкам в переводе Владимира Соловьёва добавляют свой, сегодняшний комментарий: «Зовут Мадлен, по прозвищу Роксана – да, это странно». Сама Роксана появляется в образе кабаретной певицы, исполняющей (да, это тоже странно) песню на стихи кардинала.

В Роксану, напомню кратко хрестоматийный сюжет, влюблены её кузен, поэт и задира Сирано де Бержерак и юный гвардеец Кристиан де Невильет; оба боятся открыть свои чувства. Сирано – потому что безобразен лицом, его нос – объект гомерических насмешек (Чурсин играет без всяких гримёрских штучек, заставляя поверить на слово в гротескный облик героя). Кристиан (Кузьма Котрелёв – новая звезда МХТ, Треплев в «Чайке» и Беляев в перегудовском «Месяце в деревне») – из-за неспособности красиво говорить; комплексует, что провинциал и неотёс. В Роксану Паулины Андреевой влюбиться легко – если не слышать ту самую песню: «Как нежно ты меня целовал, а я тебя простила снова, я дарила тебе свой любовный кристалл, а ты ушёл, не сказав ни слова». Понятно, что пародия на попсу, но такая, слишком уж по-студенчески непритязательная.

Студенты, действительно, приглашены Егором Перегудовым в спектакль совсем не массовкой и отнюдь не только маленькой бандой, способной вместе с музыкальным «Мизинов-трио» и урезать марш, и слабать джаз, и рубануть рок (оригинальная музыка написана Сергеем Филипповым); мхатовская молодёжь – Арсентий Журид, Мухтар-Али Мурзин, Николай Романов, Сергей Соломин – практически соавторы, которым принадлежит бóльшая часть отсебятины, вторгающейся в изначальный поэтический текст (и, как минимум, один дополнительный герой – д’Артаньян, ругающийся фразами Боярского). Для хитового лондонского «Сирано» слова вообще написали заново; Ростану к переделкам не привыкать. Перегудов называет студенческие зонги «наивными, яростными и очень талантливыми»; я бы сказал, что где-то вклад наивен, а где-то яростен и талантлив. Как и сам спектакль; основа сценографии Владимира Арефьева, оставляющей простор для поединков на шпагах – длинная, способная к перемещениям и метаморфозам фанерная стена с обрывками афиш; образ, в чём-то близкий всему мхатовскому «Сирано», неровному, эклектичному, утомительному и захватывающему, не брезгующему вульгарностью, находящему красоту в утраченных иллюзиях и обречённом бунтарстве.

У пьесы Ростана – романтический шлейф. Нестандартный любовный треугольник, в котором Кристиан говорит с Роксаной словами остающегося в тени безответно влюблённого Сирано – линия, которую в большинстве экранизаций и инсценировок принимают за доминирующую; самые вольные версии вообще обходятся без военной стороны комедии, которой не просто так предпослано определение «героическая».

Война – рубикон, как и в жизни разделяющий действие на «до» и «после»; пусть осада Арраса и смягчена приездом очаровавшей все блокпосты Роксаны; у Перегудова военно-любовный визит разыгрывается почти a la «Гусарская баллада». Тем сильнее смена опереточной тональности на трагедийную: уже погибший Кристиан выйдет на авансцену, чтобы прочесть стихотворение Евгения Евтушенко. «Мне снится старый друг, который стал врагом, но снится не врагом, а тем же самым другом. Со мною нет его, но он теперь кругом, и голова идёт от сновидений кругом. Мне снится старый друг, крик-исповедь у стен на лестнице такой, где черт сломает ногу, и ненависть его, но не ко мне, а к тем, кто были нам враги и будут, слава Богу. Мне снится старый друг, как первая любовь, которая вовек уже невозвратима. Мы ставили на риск, мы ставили на бой, и мы теперь враги – два бывших побратима. Мне снится старый друг, как снится плеск знамен солдатам, что войну закончили убого. Я без него – не я, он без меня – не он, и если мы враги, уже не та эпоха». Слово «Украина» не звучит, но новые ассоциации, которые вызывают строчки 1973-го года, очевидны.

То же стихотворение Сергей Соломин исполнит в финале ещё раз, под гитару, траурной кодой – после мартиролога, начинающегося со слов: «На поэта Даниила Хармса, не жалея его, донесла гражданка Антонина Оранжереева…». Ритмизованный прозаический текст из документальных фактов перечисляет русских поэтов, ставших, как и Сирано, жертвами «влиятельного круга лиц»; арестованных, расстрелянных, подло убитых. Поэтов – в широком смысле слова; в согласии со словами пьесы «он был поэтом, но поэм не создал, но жизнь свою зато он прожил как поэт»; рядом с Хармсом и Введенским – астрофизик Николай Козырев (также, как Сирано, заворожённый Луной), Пильняк и Бабель, Мейерхольд и Михоэлс.

О том, что ростановский герой – не просто мастер слова и клинка, но и, говоря всё ещё не сгинувшим тоталитарным языком, диссидент, забывают ещё чаще, чем о войне.

Хотя у Николая Рощина в недавнем спектакле Александринского театра Сирано выходил на прямой поединок с омоновцами. В МХТ последние слова гордого вольнодумца произносит Роксана: «Вы лавры отняли мои и розы тоже, но знайте, я сберёг то, что всего дороже, и нынче же ступив на голубой порог, я как плюмаж к земле склоню у божьих ног что спас от ваших лап, призвав на помощь твёрдость, чем не пожертвовал ни разу». «Это гордость», – завершает поверженный, но не сломленный герой.

Оригинал статьи
Пресса
Два Сирано, Анна Шалунова, Экран и сцена, № 9, 11.05.2022
МХТ имени Чехова завершил петербургские гастроли спектаклем «Сирано де Бержерак», видеосюжет телеканала «Россия 1» («Вести. Санкт-Петербург»), 4.04.2022
В МХТ им. Чехова по-новому прочитали Ростана: Сирано отправили в ГУЛАГ, Светлана Хохрякова, Московский комсомолец, 25.03.2022
Подлецов насквозь я вижу — зарубите на носу!, Вадим Рутковский, CoolConnections, 24.03.2022
Новый «Сирано де Бержерак» поставили в МХТ им. Чехова, Инга Бугулова, Российская газета, 20.03.2022
Пессимистическая комедия, Вадим Рутковский, CoolConnections.ru, 23.03.2021
Юрий Чурсин снова сыграет в МХТ, Татьяна Власова, Театрал, 22.08.2020
Актёр Юрий Чурсин: «Не хочу усугублять фобии зрителя», Ирина Стропова, обозреватель «Добрый вечер», 9.08.2013
Юрий Чурсин: Красота — ориентир, от которого я строю все остальное, Александр Смольяков, Театральная афиша, 05.2012
Цена вопроса, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 28.05.2007
Казус Катуриана, Алена Карась, Российская газета, 15.05.2007
Расскажи нам о зеленом поросенке, Олег Зинцов, Ведомости, 15.05.2007
Дети на сцене играли в гестапо, Марина Давыдова, Известия, 14.05.2007
Кирилл Серебренников приглашает на казнь, Алла Шендерова, Коммерсант, 12.05.2007
Актер внутреннего театра, Екатерина Васенина, Новая газета, 19.04.2007
Актер внутреннего театра, Екатерина Васенина, Новая газета, 19.04.2007
Клиент всегда прав, Ирина Алпатова, Культура, 11.01.2007
Клиент всегда прав, Ирина Алпатова, Культура, 11.01.2007
Шекспир на Пенсильванщине, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 10.01.2007
Шекспир на пенсильванщине, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 10.01.2007
В МХАТе только девушки, Марина Райкина, Московский комсомолец, 31.10.2006
Неожиданная «Жертва», Валерий Кичин, Российская газета, 23.10.2006
Театральные впечатления Павла Руднева, Павел Руднев, Новый Мир, 27.04.2005
Кому свадьба, кому правда, Анна Гордеева, Время новостей, 27.12.2004
«Лес» стал пущей, Роман Должанский, Коммерсант, 27.12.2004