ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ
Народная артистка СССР

Софья Владимировна Гиацинтова

Портретное фойе

(23.7.1891, Москва-12.4.1982, Москва)

Актриса, режиссер. Народная артистка СССР (1955).

Дочь профессора, историка искусств, она и родством и воспитанием была связана с элитой Москвы. Была принята в МХТ в 1910 г. (отобрана в числе пятерых из 500 экзаменовавшихся — вместе с А. Д. Диким, Ф. В. Шевченко, Г. М. Хмарой и Л. И. Дейкун); выходила боярыней-«белоснежкой» в «Царе Федоре», девкой в сцене «Мокрое» («Братья Карамазовы»), танцевала на балу у Фамусова, была одной из «запасных» княжон в «Горе от ума»; как все ученики, прошла «стажировку» в «Синей птице» — «подставная» Митиль, спящая в кроватке после конца первой сцены (Митиль начала играть в сезон 1916/17), один из умерших братцев и сестриц в Стране воспоминаний, одна из звезд в Царстве Ночи, внучка соседки Берленго; первые слова, произнесенные ею на сцене, — слова Неродившейся души, несущей на землю 33 средства; в Царстве будущего играла также (с О. В. Баклановой) сцену влюбленных. Первая «собственная» роль — служанка фру Гиле («У жизни в лапах», 1911).

На сцене МХТ Гиацинтова сыграла Машеньку в «На всякого мудреца довольно простоты» (после ухода Коонен), тролля в «Пер Гюнте» и др. Любимой ролью называла бесстыжую послушницу Пелагею («Будет радость», 1916). Вошла в состав Первой студии при ее создании (Клементина в «Гибели „Надежды“», Ида Бюхнер в «Празднике мира», 1913; Фея в «Сверчке на печи», 1914; в том же спектакле играла затем и Малютку; эльф в «Балладине», 1920).

С 1924 г. — актриса МХАТ-2. Лирическое дарование сочеталось у неё с вкусом к яркой жизнерадостной характерности (Мария в «Двенадцатой ночи», 1917; Санька в комедии А. Н. Толстого «Любовь — книга золотая». 1921; Кеккина в «Бабах» Гольдони, 1929; Амаранта в «Испанском священнике» Флетчера, 1934) и с возможностями глубокого нервного психологизма, с острым ощущением страдания (Сима в «Чудаке» Афиногенова, 1929; Нелли в «Униженных и оскорбленных» по Достоевскому, 1932). Она владела также резкой экспрессивностью, свойственной в двадцатые годы искусству МХАТ-2 (Лихутина, «Петербург» Андрея Белого, 1925); с увлечением находила гротескные краски в последнем акте «Мольбы о жизни» Деваля (1935), где играла немолодую даму, упорствующую в своем желании оставаться девочкой.

Способность меняться входила в гибкую артистическую природ) Гиацинтовой; это позволило ей выстоять после закрытия ее родного театра и создать несколько выдающихся ролей сначала в театре им. МОСПС (Дона Анна в «Каменном госте», 1937), а затем в Театре им. Ленинского комсомола (Нора в пьесе Ибсена, 1939; Леонарда в «Валенсианской вдове» Лопе де Вега. 1940).

С той же благородной гибкостью, не теряя себя, Гиацинтова прошла и возрастные рубежи — от ролей девочек, которых так прелестно играла (Нелли, Кеккина), к ролям стареющих (Наталья Петровна,«Месяц в деревне» Тургенева, 1944) и затем старых женщин (тетя Тася в «Годах странствий» Арбузова, 1954).

Как режиссер в МХАТ-2 она работала в соавторстве («Бабы»; вторая редакция «Двенадцатой ночи», 1933); этой привычки держалась и в Театре им. Ленинского комсомола («Нора», «Месяц в деревне», «Семья» И. Попова, 1949. «Годы странствий», «Вишневый сад», 1955). В 1952-1958 гг. была здесь главным режиссером. Ее мемуары «С памятью наедине» (М. ,1985) вводят в мир высокой культуры, театральной и этической.


И. Соловьёва