ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Юрий Карлович Олеша

Портретное фойе

(19.2.1899, Елизаветград Херсонской губ. — 10.5.1960, Москва)

Писатель, драматург. Драматургия Олеши привлекала интерес театров самых различных направлений. Его первую пьесу “Заговор чувств” по роману “Зависть” в 1929 г. поставил в Театре им. Вахтангова А. Д. Попов в декорациях Н. П. Акимова (в литературной части МХАТ не могли простить себе, что упустили эту вещь); “Список благодеяний” с Зинаидой Райх в главной роли (1931) был одним из лучших спектаклей В. Э. Мейерхольда. “Из всех пишущих для сцены я чувствую драматурга настоящего пока только в трех — Булгаков, Афиногенов и Олеша”, — замечал в конце 1931 г. Немирович-Данченко. К этому времени в репертуаре Художественного театра уже была “повесть-сказка” “Три толстяка” (1930). Ее поставили Н. М. Горчаков и Е. С. Телешева под руководством Вл. И. Немировича-Данченко и И. М. Москвина. Декорации и костюмы были созданы Б. Р. Эрдманом, музыка к спектаклю — В. А. Оранским. Спектакль должен был сменить десятки лет шедшую и изрубленную советской цензурой “Синюю птицу”. “Слияние нежнейшей лирики и иронического ума, блеск диалога, афористический язык, сказочная атмосфера, обилие близких современности поэтических метафор требовали от театра проникновения в образ поэтического мышления автора”, — писал впоследствии П. А. Марков. Удалось все, что относилось к сфере иронической сказочности, — “здесь у большинства актеров нашлась и какая-то внутренняя чистота, и характерное для этой сказки удивленное восхищение красотой мироздания. И доктор Гаспар, и тетушка Ганимед (М. М. Яншин и А. П. Зуева), и продавец воздушных шаров (В. О. Топорков) были фигурами, не вмещавшимися в реальный быт, — театр угадал их лирическое зерно, выраженное в неожиданных формах. Именно синтезом эксцентризма и лирики МХАТ владел более, чем какой-либо другой театр”. В том же ключе решали свои роли В. Д. Бендина и Е. Н. Морес (Суок, балерина-кукла, “звезда балагана”), Р. Н. Молчанова (принц-наследник Тутти). Провал ждал там, где театр уступал правилам плаката (так были решены три толстяка, исполнители — в особенности Ливанов — искренне терпеть не могли свои роли).
Премьера была омрачена последовавшей за ней трагической гибелью исполнителя главной роли канатоходца Тибула — В. А. Синицына, одного из самых талантливых актеров второго поколения МХАТ. Его пришлось срочно заменить дублером — Б. С. Малолетковым. Позднее эту роль недолго играл Ю. А. Завадский. 
МХАТ не собирался ограничивать сближение с Олешей постановкой “утренника”. Ему хотели заказать пьесу к 15-летию революции (имя Олеши подсказывал также и Горький). Еще до премьеры “Трех толстяков” в режиссерском совете сообщалось, что дирекции известна общая канва новой работы, которая будет представлена к 15 мая 1930 г. 7 октября автор читал свое сочинение, которое пока называлось условно “Нищета философии” или “Модест Занд” (“Смерть Занда”). Пьесу, признав ее “чрезвычайно интересной”, предложили переработать. На автора между тем произвело тяжелое впечатление решение снять “Толстяков” с репертуара: Станиславский выразил резко негативное отношение к оформлению; когда зашел разговор, не заказать ли декорации другому художнику, сочли, что разумней добиться реперткомовского разрешения “Синей птицы”. На том и кончилась жизнь спектакля. Переработки “Смерти Занда” затягивались до бесконечности, сопровождались мучительными объяснениями автора с театром (автор фактически отправил первый вариант насмарку, писал другую пьесу, пояснял — “тема чрезвычайно серьезная для меня — кровавая… Это лирический порыв из самого себя…”). “Смерть Занда” так и не была дописана.
В 1961 г. на сцене филиала МХАТ состоялась новая постановка “Трех толстяков” в инсценировке М. А. Горюнова. Ставили пьесу В. Н. Богомолов и М. А. Горюнов. Публика полюбила этот спектакль — он прошел 761 раз.